Древний и средневековый Киев

Поиск

Литература и фольклор.

До нашего времени не сохранилась писанная в Киеве послемонгольского времени летопись. Но есть основания видеть ее фрагменты XIV в. в западно-украинских (или так называемых литовских) летописях, созданных в основном в XV — первой половине XVI в. Имеется в виду вошедшая в некоторые из них повесть «О Подольской земли», где рассказывается о завоевании Подолии литовскими князьями в 60-х гг. XIV в. В этой иовести явственно ощущается отголосок киевской летописи.

Лучше сохранилась ораторская проза Киева XIII — XV вв. Вторая половина XIII в. представлена «Словами» киевлянина Серапиона. бывшего сначала монахом, а с 1238 г. архимандритом Киево-Печерского монастыря. 1274 г. он был поставлен епископом Владимира-на-Клязьме. где и умер в следующем году. Известны пять «Слов» Серапиона, в ко горых он вскрывал несовершенства и пороки феодального общественного устройства, показывал тяжелое положение поневоленной монголо-татарами родной земли, призывал народные массы к борьбе против поработителей.

К рубежу XIII и XIV вв. относится «Слово о Лазареве воскресении», языковые признаки которого свидетельствуют о его южном происхождении. Стилистические особенности этого па мятника сближают его со «Словом о полку Игореве». в текстах обоих произведений встречаются даже сходные выражения. Это дает возможность предположить, что «Слово о Лазареве воскресении», как и «Слово о полку Игореве», было создано в Киеве.

Ярким политическим памфлетом выглядит так называемое «Второе послание» Киприана, написанное в 1378 г., когда он был киевским митрополитом. Один из образованнейших людей своего времени, болгарин по происхождению, Киприан долгое время стремился стать общерусским московским митрополитом, что и осуществилось в 1389 г. Он принимал активное участие в литературной жизни восточнославянских земель последней четверти XIV — начала XV в.: много переводил с греческого языка на старославянский, сочинял «Слова», послания, дипломатические документы, занимался летописанием. Написанное им в Киеве «Второе послание» обличает несправедливости московского князя, разоблачает насилия и произвол феодалов.

Видным писателем своего времени был киевский митрополит в 1416 — 1418 гг. Григорий Цамблак, уроженец болгарского города Тырнова. Его сочинения пользовались успехом на восточнославянских землях. Еще в XV в. их вносили в сборники духовных поучений вместе с проповедями Иоанна Златоуста. Известно 26 произведений Цамблака,главным образом «Слов», по случаю различных церковных праздников. Значительный интерес как исторический источник представляет его «Слово о мучениях Иоанна Нового в Белгороде» (Днестровском), содержащее важные сведения по исторической географии, этнографии и экономике Северного Причерноморья.

В Киеве велись и значительные кодификационные работы. В 70-х гг. XIII в. составлена новая редакция Русской кормчей (сборника норм церковного права). В ее основе — присланный по просьбе киевского митрополита Кирилла болгарским князем Яковом-Святославом список на славянском языке. Важно отметить, что Яков-Святослав был русского происхождения и бежал из Руси от притеснений монголо-татарских завоевателей. Присланный им в Киев список Кормчей выполнен в 1262 г. болгарским каллиграфом Иоанном Драгославом с оригинала, хранившегося в Тырновской патриархии. Это свидетельствует об оживленных культурных связях между Южной Русью и родственной ей по языку, культуре и религии Болгарией.

Переписанная в Киеве, с учетом местных условий, Кормчая представляла начало нового, весьма важного этапа в создании корпуса церковного права на славянском языке. Не подлежит сомнению целесообразность подобного корпуса в деле восстановления и укрепления русской церковной организации во второй половине XIII в. Новая редакция Русской кормчей составлена в Киеве между 1273 и 1280 гг. при митрополичьей кафедре. К этой работе привлекли местных книжников-правоведов, использовавших богатейшую библиотеку Софийского собора. Киевская кормчая легла в основу Рязанской кормчей 1284 г., о чем помечено в тексте последней. Это еще одно свидетельство постоянных культурных связей между Юго-Западной и Северо-Восточной Русью, которые не в силах было разорвать нашествие и господство монголо-татарских феодалов.

В научной и художественной лите ратуре Киева продолжался процесс освоения и дальнейшего развития древнерусского наследия. В целом в восточнославянских литературах XIV — первой половины XVI в. явственно ощущается влияние литературных произведений и памятников Древней Руси: «Слова о законе и благодати» Илариона, «Повести временпых лет». «Слова о полку Игореве», «Киево-Печерского патерика». В Печерской лавре в начале 60-х гг. создаются две новые редакции «Патерика»: Акакиевская (1460 г.) и Кассиановская (1462 г.). которые расходятся по всем восточнославянским землям.

Основой для создания летописей Москвы, Владимира-на-Клязьме, Твери, Нижнего Новгорода и других северорусских городов стала киевская «Повесть временных лет», при этом татары отождествляются с половцами. а призывы Нестора к единению Русской земли и борьбе со степняками в новых исторических условиях звучат в высшей степени актуально н воспринимаются как ключ к освобождению из-под татарского ига. В подражание «Слову о полку Игореве» пишется «Задонщина». воспевающая подвиг русских сил на Куликовом поле, создаются вне пределов Киева и Южной Руси новые редакции Киево-Печерского патерика, старейшей из которых следует считать Арсенневскую, осуществленную в Твери в 1406 г.

Жанр летописания постепенно возрождается и на Украине. В первой половине XVI в. создается Краткая Киевская летопись, в первой части которой сжато налагается история Древней Руси, а затем — Украины, Белоруссии и России, кончая 1")00 г. Во второй части переданы происходившие в Восточной Европе события первого 40-летия XVI в. Эта летопись отличается лапидарностью изложения, ее статьи по краткости и форме являются не более чем погодными записями явлении и фактов. Подобные летописные сборники рождались обыкновенно в монастырях, но их язык приближается к живому народному разговорному.

В литературной жизни Киева XIV—XV вв. явственно ощущается так называемое второе южнославянское влияние, в целом положительно сказавшееся на развитии культуры восточных славян. В это время на русские, украинские и белорусские земли переносятся, главным образом из Болгарии и Сербии, переведенные с греческого языка сочинения: новые переводы Четвероевангелия. Апостола, Псалтири, Служебных миней, гнмнографической литературы, Песни песней, «Слов» Григория Богослова, Пандектов Никона Черногорца. Синайского патерика и пр. Вместе с тем на восточнославянские земли проникают переводы не известных ранее по-славянски произведений Василия Великого, Исаака Сирина. Симеона Нового Богослова. Иоанна Златоуста, а также оригинальные произведения, прежде всего «Жития» В то же время, как отмечают ученые, восточнославянская культура оказывала влияние на развитие культуры южных славян, особенно письменности.

Немногое известно науке о фольклорных памятниках киевского происхождения второй половины XIII — первой половины XVI в. К ним следует отнести поэтическую легенду О Михайлике и Золотых воротах, пред ставляющую отголосок нашествии орд Батыя на Киев. Когда татары под ступили к древнерусской столице, рассказывается в легенде, там жил могучий богатырь Михайлик. Татарский хан увидел, что ему не победить богатыря, и пустился на хитрость, пообещав киевлянам, что его войско уйдет, если ему будет выдан Ми хай лик Как только киевляне решили отдать богатыря врагу, рассерженный Михайлик взял на «ратище» (копье) Золотые ворота и унес их в Цары рад. Монголо-татарские завоеватели ри зорили Киев. Но придет время, повествует легенда, и богатырь вер нется в Киев и водрузит на прежнее место Золотые ворота — символ могущества древнерусской столицы.

Продолжали жить и оставались и течение рассматриваемого периода продуктивным жанром былины. Они питались идеями древнерусского единства, стремлением к освобождению из-под вражеского ига. Ученые считают, что объединение русского былевого эпоса в единый киевский цикл произошло не позже середины XV в. «Культ Киева и его князя Владимира был культом независимости и в русской книжности и в фольклоре». Прославлявшие победы русских богатырей над татарами былины киевского цикла жили идеей отмщения врагу, уничтожившему города и села и убившему их жителей. Русский былевой эпос объединяется вокруг Киева подобно тому, как русские земли собирались тогда вокруг Москвы. Недаром принято считать русский народный эпос выражением исторического самосознания народа.

В XV—XVI вв. рождается новый фольклорный жанр — думы, героические и лирико-драматические повествования, исполнявшиеся речитативом в сопровождении кобзы. По всей вероятности, думы родились в вольнолюбивой казацкой среде и затем распространились среди народа. Наиболее раннее упоминание об исполнении казаками дум содержится в хронике польского историка конца XVI в. С. Сарницкого. Рассказывая о событиях 1506 г., историк сообщает, что казаки поют грустные песни, называемые думами В упомянутой Сарницким думе воспевалась героическая смерть в бою братьев Струсей. Понятно, что если в 1506 г. думы уже исполнялись, их рождение как жанра относится к более раннему времени.

По своему патриотическому содержанию, особенностям свободного стиха, речитативной манере исполнения в сопровождении инструмента украинские думы являются продолжателями былин древнерусского времени. О генетической связи дум с былинами свидетельствуют также унаследованные первыми от вторых поэтические приемы: метафоры и сравнения, образы-символы, приемы гиперболизации, постоянные эпитеты. Кобзари передавали тексты и мелодии дум из уст в уста, оставаясь при этом художниками, свободно импровизировавшими на имеющемся материале. К тому же периоду относится и появление народных исторических песен. В думах и песнях нашла отражение героическая борьба украинского народа с турецко-татарской агрессией, воспеты его подвиги при защите Родины от польских и литовских феодальных поработителей. Особое место занимают исторические песни, запечатлевшие совместную борьбу запорожского и донского казачества против турецких и татарских захватчиков.
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить