Древний и средневековый Киев

Поиск

Киев под властью Золотой Орды.

Русские земли, захваченные монголо-татарскими завоевателями, не вошли непосредственно в состав Монгольского государства. Они сохранили княжескую власть, но находились в полной зависимости от монгольских «царей» — ханов. Их население обязано было платить золотоордынским феодалам дань и отбывать тяжкие повинности. В первые годы владычества монголо-татарских захватчиков, когда Золотая Орда еще не отделилась от Монгольской империи, так называемым царем для русских князей являлся монгольский император. После 60-х гг. XIII в., когда Орда окончательно отошла от империи, титул царя русские перенесли на золотоордынского хана.

Русские князья возводились на княжеский стол «пожалованием царевым», то есть ханским, получая от него грамоту-«ярлык» на право княжения и пребывали под контролем ханской власти. В начале монгольского господства на Руси отношение ханов к русским князьям определялось их политической позицией: князья, признавшие, что Русь принадлежит «канове и Батыеви» и что не подобает на ней «жити... не поклонившеся има», оставлялись в своих отчинах и утверждались в качестве местных правителей.

Еще в 1237—1238 гг. к сидевшему на киевском столе князю Михаилу Всеволодовичу Черниговскому прибыли татарские послы, предлагавшие ему войти в соглашение с Ордой. Но Михаил, «видев словеса лети их, повеле я избити», а сам, опасаясь монгольского нашествия, бежал из Киева и установил союзнические контакты с Даниилом Галицким, не отказавшимся от борьбы против монголо-татар. После взятия Киева ордами Батыя Михаил вернулся в город. Однако, когда в 1242—1243 гг. возвращавшиеся из западного похода монгольские войска приблизились к Киеву, Михаил снова покинул город.

Характеризуя политику монголо-татарского государства на завоеванной им Руси, К. Маркс писал, что традицией для нее было обуздывать одного русского князя при помощи другого, питать их раздоры, приводить их силы в равновесие и не позволять никому из них укрепляться. В соответствии с общим направлением этой политики, как заметил К. Маркс, чтобы поддержать рознь среди русских князей и обеспечить их рабское подчинение, в первые десятилетия ига ханская власть восстановила великое княжение, идя навстречу притязаниям Владимирского княжеского стола. Преследуя корыстные цели, она оказала ему помощь в борьбе против неугодного золотоордынским завоевателям киевского князя Михаила за обладание Киевом. По словам летописи, Батый поставил владимирского князя Ярослава Всеволодовича в положение старейшего «всем князем в Русском языце» и в 1243 г. передал ему Киев, как князю, занявшему первенствующее положение на Руси. Вместе с тем ордынские правители стремились всячески принизить политическое значение Киева, признанного центра Русской земли. В этих условиях долго не желавший покоряться Орде Михаил Черниговский в 1246 г. все же вынужден был приехать к Батыю, «прося волости своее от него». Однако в Орде он был убит. Историки прошлого упрощенно объясняли смерть Михаила отказом выполнить языческий обряд очищения огнем. Истинные же причины его гибели лежали глубже: это был обычный в Орде способ устранения неугодных политических деятелей. «Для некоторых,— писал Плано Карпини,— так же они находят случай, чтобы их убить, как было сделано с Михаилом и с другими». Но главной причиной устранения киевского князя явилось намерение ханской власти ликвидировать в Киеве княжеское правление.

Ярослав не княжил лично в Киеве, а послал туда своего наместника — боярина Дмитрия Ейковича. На пребывание его в Киеве указывает летописный рассказ о поездке князя Даниила Галицкого в Орду: «И приде Кыеву обдержашу Кыев Ярославу боярином своим Ейковичем Дмитром». В Киеве держал наместника также сын Ярослава Александр Невский, получивший в 1249 г. «Киев и всю Руськую землю» после того, как Ярослав был отравлен при монгольском императорском дворе в Каракоруме. Ярослав Ярославич. владевший Киевской землей с 1263 по 1272 г. после смерти своего брата, Александра Невского, также не жил в Киеве, хотя и его, как и Александра, летописи называли князем московским и киевским. Киев и Киевская земля лишь номинально считались владениями великих князей владимирских, удовлетворявшихся формальным признанием их власти Золотой Ордой и киевским боярством.

Таким образом, уже в первые десятилетия господства монголо-татарских феодалов Киев был практически лишен княжеской власти. Однако, как один из крупнейших экономических и политических центров домонгольской Руси, он и после нашествия оставался символом политического единства Руси. Именно поэтому великие владимирские князья стремились получить и получали ярлыки на владение «Киевом и всей Русской землей». Всячески пытаясь не допустить возрождения политического значении Киева, ханская власть санкционировала для Киева не княжеское, а наместническое правление. К бывшей столице Древнерусского государства она относилась особенно настороженно, как к возможному центру политической концентрации Руси. Кроме того, монголо-татарских феодалов беспокоила возможность возникновения в Киеве народного освободительного движения, как это случалось в других крупнейших городах Руси. Уже вскоре после завоевания Киева ордами Батыя в нем появился представитель ханской власти — баскак, который, установив в городе с помощью вооруженных отрядов режим массового террора, держал в повиновении местное население и контролировал деятельность великокняжеского наместника.

В древнерусской повести о киевском князе Михаиле отмечается, что Батый направил по русским городам баскаков. По-видимому, это случилось сразу же после их завоевания. Дальнейшие меры по укреплению системы политического господства на Руси ханская власть предприняла после антитатарских восстаний 1262 г. в крупнейших городах северо-восточных русских земель — Ростове, Суздале и Ярославле. Не случайно именно под 1262 г. в Никоновской летописи говорится, что Батый и его сын Сартак «того же лета... посажа властелей... по всем градом Русским». В последней четверти XIII в. волей золотоордынских ханов Киев был изъят из-под власти владимирских князей, и до того времени призрачной, и передан в полное распоряжение баскаков.

Политика Золотой Орды по отношению к православной церковной иерархии также направлялась на изоляцию Киева. В первые годы владычества ордынских феодалов на Руси не было поставленного патриархом митрополита. Кандидат Даниила Галицкого, его бывший «печатник» Кирилл был посвящен патриархом только в 1250 г. Выполнявший дипломатические поручения Даниила, Кирилл не пользовался доверием среди правителей Орды.

В системе политического господства ордынцев на Руси главе православной церкви ханской властью отводилась не только внутренняя, но и внешнеполитическая роль: предполагалось, что он будет выступать как связующее звено между византийским императором и патриархом, с одной стороны, и русской митрополией — с другой. В 1261 г. по воле хана центр южнорусской, переяславской епархии был перенесен в столицу Золотой Орды — Сарай. Епископ саранский и переяславский стал близким доверенным лицом хана и повсюду следовал за ханской ставкой. Со времени образования Сарайской епархии непосредственные сношения с Византией в качестве представителя русской иерархии поддерживал сарайский епископ. Вследствие этого русская митрополичья кафедра лишалась своего прежнего внешнеполитического влияния, а обладание Киевом как митрополичьей резиденцией для русской великокняжеской власти потеряло в значительной мере свои политические преимущества.

Созданием Сарайской православной епархии, на которую частично переносились функции русской митрополии, ханская власть намеревалась подорвать значение Киева как идеологического центра Руси. И тем не менее эта его роль в жизни русских земель сохранялась. Немалые к тому усилия приложил митрополит Кирилл, поддерживавший постоянные связи между Киевом и Северо-Восточной Русью и принимавший участие в религиозных и политических событиях общерусского значения.

Той же, политической, в сущности, цели служили и преследования, которым подвергались со стороны сидевших в Киеве баскаков служители киевской митрополии. Летопись сообщает, что в 1300 г. митрополит Максим, «не терпя татарьского насилья, оставя митрополью и збежа ис Киева», вынужден был переехать во Владимир на Клязьме.

В первые десятилетия ордынского господства на Руси сбор дани осуществлялся откупщиками: даныциками, поплужниками, таможниками и другими под надзором баскаков. «И вот чего татары требуют от них.— писал об этой дани Плано Карпшш,— чтобы они шли с ними в войске против всякого человека, когда им угодно, и чтобы они давали им десятую часть от всего, как от людей, так и от имущества». Даныо было обложено все население. С целью учета его количества ордынцы периодически проводили переписи. О первой такой переписи киевлян, состоявшейся, по-видимому, в 1245 г., некоторые данные содержит летописная повесть о князе Михаиле. В ней сказано, что население Киева разбежалось, а оставшихся в городе «сочтоша... в число и начаша на них дань имати». В политике порабощения русского народа ордынские феодалы опирались на имущие слои населения, шедшие обычно с ними на классовый сговор против народных масс: «Творяху бо бояре себе легко, а меньшим зло».

Есть основания предполагать, что на рубеже XIII —XIV вв. городскую администрацию в Киеве возглавляли контролировавшиеся баскаками представители местной знати. Лишь в первой половине XIV в. в Киеве вновь появились князья. Однако летописные сведения по истории политического положения Киева так скудны и неясны, что трудно судить о том, постоянно ли они сидели в Киеве. Не вызывает, однако, сомнений тот факт, что по крайней мере вплоть до 30-х гг. XIV в. в городе стояли отряды ордынцев и власть князя контролировалась баскаками: в летописи под 1331 г. упоминается «князь Федор Киевьскыи со баскаком». Сведения о баскаках в Северо-Восточной Руси исчезают из летописи, начиная с рубежа XIII — XIV вв. В Киеве же баскаки удержались дольше: бывший политический и идеологический центр всех русских земель продолжал оставаться под усиленным контролем ханской власти.

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Губернаторы столицы

От автора

Длительное время богатое историческое наследие украинского народа было недоступным для простого человека. Лишь к концу 20 века и, особенно, после провозглашения в 1991 году независимости Украины, стали публиковаться материалы отечественной культуры. Переиздаются забытые неизвестные произведения историков, прозаиков, труды философов.

Читать полностью...