Древний и средневековый Киев

Поиск

Внутренняя и внешняя торговля.

Феодализму в целом присуще то, что «продукт становится здесь товаром благодаря торговле. В этом случае именно торговля приводит к тому, что продукты принимают форму товаров, а не произведенные товары своим движением образуют торговлю». Вот почему изучение торговли помогает раскрыть развитие ремесел, промыслов и экономики Киева в целом во второй половине XIII — первой половине XVI в.

Одной из главных отличительных черт города феодальной эпохи является сосредоточение в нем не только ремесленного производства, но и торговли. Городской торг был центром общественный жизни и занимал центральное положение на посаде. Именно таким представляется по источникам киевский торг на Подоле. Невзирая на отрывочность и малочисленность сообщений актового материала, удается составить представление о внутренней торговле Киева, остававшегося и после Ватыева нашествия одним из крупнейших торговых центров Восточной Европы. На киевском торгу стояли «коморы» купцов (клетки, ятки, мясные лавки), а также торговые ряды. Торгующие в лавках облагались в пользу государства пошлиной «с каждое коморы в каждый год две копы грошей» Иначе платили торговый сбор продающие товары в рядах. «Который перекупники на ряду седят и хлебы продают и иные ярины. тыи все мають давати осмънику (сборщику) воєводину (пошлину) в каждую суботу, от товару по дензе; а который человек похочет новотный на ряду сести и тыми стравными речами торговати. тот мает дати осмънику куницу, двенадцать грошей»,— отмечается в документе 1499 г.

Торговля съестными припасами, прежде всего хлебом, была, следовательно, распространена в Киеве XV — первой половины XVI в. Оживленная торговля печеным хлебом на киевском торгу засвидетельствована и другими документами В одном из них, датируемом 1506 г.. упоминаются «хлебницы», пекущие хлеб и калачи. Рядом торговали воловьим. «яловичным» (коровьим), телячьим, бараньим, свиным и козьим мясом, продавали рыбу, сыр, масло, яйца. Торговля этими товарами первой необходимости была привилегией торговок, называемых в источниках «перекупками», «перекупними» и «рядовницами».

Значительное место в каждодневной киевской торговле занимала рыба, вылавливавшаяся на месте и привозимая с верха и низа Днепра. «Кождое осени», отмечает документ середины XVI в., «в Киев приходит комяг о колько десять». Уставная грамота Киеву князя Александра 1494 г. подробно регламентирует порядок обложения «мытом» (таможенной пошлиной) привозной рыбы: «Коли прийдет с Черкас водою рыба, ино тогда мает, припюд, осмъник обмытити рыбу на березе и свое десятое мает взяти; а што з верху какая рыба придет, того на березе не обмычивати: мает осмъник мыта своего на торгу смотрети». Великокняжеская грамота Киеву 1499 г. еще более конкретизирует условия таможенного обложения: осмник «мает на город взяти от бочки рыб по шести грошей, а от вялых рыб и свежих десятое. А коли привезуть до места Киевского рыбу свежую осетры, тогда не мають их целком продавати, олиж мусить осмъник от каждого осетра по хребтине взяти, а любо от десяти осетров десятого осетра».

В течение второй половины XIV — первой половины XVI в. Киев был одной из главнейших таможенных застав Великого княжества Литовского. В источнике 1498 г. подчеркивается, что крупнейшие таможни княжества, взимавшие «головные мыта», находились в Киеве и Луцке. Подобное положение сохранялось и в XVI в. Это объясняется участием Киева в широкой международной торговле, расположением его как бы в фокусе экономических связей Восточной и Западной Европы, Ближнего Востока и др.

Киев стал крупным центром торговли производимыми в городе и во всем Поднепровье продуктами сельского хозяйства и промыслов. Так. постоянно продавали хлеб Крымскому ханству. В 1506 г. Менгли-Гирей вспоминал, что «Шиг-Ахмат царь, коли на своей орде был, тогда наши базаране (купцы) до Киева поехали жита купити». По всей вероятности, зерно в Киев свозилось для продажи заграницу не только с Поднепровья, но и с богатых им Подолии и Южной Волыни.

Киевское купечество сосредоточивало в своих руках торговлю и другим продуктом первой необходимости — солью. Она доставлялась главным образом с Одесских лиманов, называемых в источниках Качибеевыми. Черноморский порт Хаджибей, разрушенный Менгли-Гиреем в 1490 г., находился на окраине нынешней Одессы. Соль, выпариваемую в прибрежных лиманах, доставляли в Киев, как по воде, так и по суше. По Днепру ее везли на тяжелых комягах и более легких челнах. Из Киева соль расходилась по рекам Днепровского бассейна, Десне и Припяти. Уже во второй половине XV в. было развито чумачество, но чумаки того времени называются в памятниках письменности солениками. «Которые соленики приходят по соль до Качибеева», отмечается в одной из книг Литовской метрики. Ее обычно привозили на волах, запряженных в телегу — прообраз позднейшей «мажи». Изредка как тягловую силу использовали лошадей. В Киев доставляли соль также из Галичини: Коломыи и Дрогобыча. Ее везли через Бар. Эта соль особенно ценилась в России, куда вывозили ее значительную часть.

На киевском торгу продавали татарских и турецких лошадей, на которых был спрос не только па Украине, но и в России. Важную статью транзитной киевской торговли составляли восточные товары: пряности (перец, шафран, мускатный орех, гвоздика, кардамон и другие), вина, жемчуг, изделия из кожи (сафьян, чамлот, тимжы, тебенки), персидские ковры и разнообразные ткани: шелковые, парчовые, бархатные. На киевский рынок доставлялись аксамит зеленый на золоте и рытый, камки бурскую и александрийскую, тафты черленую, зеленую, черную, голубую, желтую, шелка бурский и чериковый, а также одежды, сшитые из названных материй.

Из Киева везли заграницу не только сельскохозяйственные продукты, но и разнообразные ремесленные изделия: шапки, пояса, ножи, мечи, замки, плужное железо, полотно, луки и стрелы для них, украшения работы киевских ювелиров. Торговые отношения с находившимся в процессе образования Русским централизованным государством особенпо оживилось во второй половине XIV в. В 1371 г. великий литовский князь Ольгерд под давлением купеческой верхушки заключил мирный договор с московским великим князем Дмитрием Ивановичем Донским. Согласно этому договору, купцам всей Литвы предоставлялась свобода торговли на землях Московского, Тверского и Смоленского княжеств, а русским — в Великом княжестве Литовском. По существу, в этом договоре речь шла об украинско-российской торговле, поскольку московское, тверское, смоленское п не названные в нем новгородское, рязанское, владимирское купечество покупали в Киеве и других оказавшихся под властью Литвы украинских городах разнообразные товары местного и иностранного производства и продавали там привезенные.

Русско-украинские торговые отношения опирались на давние традиции. Из договора тверского князя с Витовтом 1427 г., гарантировавшего русским купцам возможность вольной торговли в Киеве — «пошлины имати по-давному, а нового не примышляти», следует, что торговля с Тверью велась давно. О значении для обеих сторон этой торговли свидетельствует и текст договора литовского великого князя Казимира с тверским князем 1449 г., в котором Киев выступает как один из главных городов Украины, ведущих торговлю с Россией. В записках 1474 г. венецианец Контарини отметил, что в Киеве «собирается некоторое количество купцов с пушниной, вывезенной из Верхней России (Северо-Восточной Руси);; объединившись в караваны, они идут в Каффу... Город изобилует хлебом и мясом».
Побывавший в Киеве в 1542 г. Михаил Литвин свидетельствует, что товары из этого города «везут на север в Московию, Псков и Новгород». В «Истории Польши» Р. Гейденштеина (XVI в.) отмечается, что в Киеве насчитывается «немало купцов, занимающихся торговлей с Москвой».

Наряду с пушниной русские купцы привозили в Киев чаши и другие поделки из дерева, седла, копья, различное оружие, украшения, кожаные изделия. В Россию из Киева доставляли мед, воск, соль, вяленую и соленую рыбу, разнообразные ремесленные изделия. В течение второй половины XIV — первой половины XVI вв. масштабы и интенсивность торговли Киева с Россией, ее товарооборот нарастали.

Торговля в Киеве, как и в других средневековых городах, велась в строгих рамках регламентаций. Особенно суровы они были в области внешнеторговых отношений. Главные из этих регламентаций: складское право, дорожное принуждение и таможенная система. По закону складского права купцов обязывали останавливаться на известный срок в городах, обладавших этим правом, и продавать в них товары на выгодных для местного купечества условиях. В 1498 г. великий литовский князь Александр писал русскому великому князю Ивану III: «А там, в нашей земли, в Киеве и Луцку, склады издавна бывали всяким купцом заморским». В XV — первой половине XVI в. в украинских городах складское право применялось в двух формах: ограниченной и абсолютной. Ограниченная позволяла купцу после истечения срока пребывания в том или ином «складском» городе следовать дальше с непроданными товарами, абсолютная же обязывала возвращаться. Киевское богатое купечество, владевшее правом склада в ограниченном варианте, при поддержке магистрата постоянно стремилось к получению абсолютного права, поскольку это приносило большие барыши: вынужденный возвращаться домой купец обычно соглашался продать свои товары по бросовой цене, чтобы только не везти их обратно.

В отдельные годы, в частности, в первой половине XV в., Киев обладал складским правом в абсолютной форме. В 1488 г. литовские послы напоминали Ивану III: «А иные гости заморские николи не бывали в нашей земле далей Киева; до Киева приезживали с товары и, попродавши товары в Киеве, опять за ся с Киева ворочались; бо здавна и за отца нашего (отца Казимира IV Владислава Ягелло, считавшегося великим князем литовским до 1434 т.) всим гостем заморским склад бывал в Киеве». Чтобы изолировать приезжих купцов от местных, в Киеве, как и в других больших городах Великого княжества Литовского, устроили гостинные дома, в которых приезжие должны были непременно останавливаться. В середине XVI в. такой двор в Киеве помещался на Подоле.

Кроме складского права действовал закон принудительного пользования купечеством определенными дорогами. Под угрозой конфискации товара, лошадей и возов приехавшие в страну купцы должны были ездить лишь по указанным им трактам, приводившим их в складские города и шедшие через таможенные заставы. В упомянутом письме Александра Ивану III содержалось условие, чтобы купцы «мыт не объезжали, и где здавна склады гостем бывали». Русская и литовская стороны условились, «что гостем нашим добровольно ездити на обе стороны по нашим землям старыми обычными дорогами ... а новыми дорогами мыт не объезжати».

Купечество стремилось избегать невыгодных для них торговых ограничений, прежде всего — «объехать» таможни и «складские» города. В одном из документов того времени указывалось, что купеческие караваны идут «незвычайными дорогами через Дикие и Яловые поля», с юга на Путивль, оставляя в стороне города, прежде всего Киев. Часто это обходилось купцам дороже уплаты пошлин и исполнения норм складского права: на пустынных степных «шляхах» их грабили татарские разъезды и ватаги разбойников. Прибегали купцы также ко всевозможным ухищрениям, дабы платить как можно меньшие таможенные сборы. Об этом ярко повествуется в уставной великокняжеской грамоте киевским мещанам 1499 г.: «Которые купцы, коли едут с Киева, и возы свои товаром тяжко накладывают для мыта, ижъбы (чтобы) возов меньшей было. И в которого купца воз поломится с товаром, на одну сторону по Золотыи ворота, а на другую сторону по Почайну реку, ино тот воз с товаром биривали (здесь в значении: конфисковать) на воеводу киевского; и мы и тое врядили по-старому, как и перед тым бывало». Таково, по-видимому, происхождение пословицы: «Что с воза упало, то пропало».

Подстерегавшие купцов как на обычных, так и на «незвычайных» дорогах опасности побуждали их собираться в большие караваны, достигавшие иногда, как это бывало в 50-х гг. XVI в., 100 возов, нанимать вооруженную охрану, заранее уведомлять старост украинных замков (Черкасского, Каневского, Остерского и других), а также киевского воеводу о своем приезде, платить им за содействие. Для большей безопасности купцы стремились объединиться с каким-нибудь посольством, имевшим обычно сильный конвой. Старосты пограничных замков и даже сам киевский воевода иногда, преследуя корыстные цели, проводили купеческие караваны, минуя таможенные заставы, в стороне от «дороги звыклое до Киева через поле, минаючи Канев и Черкассы ...мановцами, куды николи з веков купцы не хоживали», нанося этим ущерб казне.

И все же, несмотря на все ограничения и опасности, от которых особенно терпели приезжие из-за границы торговые люди, торговля Киева в XIV — первой половине XVI в. неуклонно развивалась, отражая подъем земледелия и скотоводства Киевской земли и Украины в целом, развитие ремесел и промыслов самого Киева и других украинских городов.

Развитая внутренняя и внешняя торговля на Украине требовала значительного количества денег. В начале XIV в. на украинские земли стала поступать серебряная монета чешского происхождения, так называемые пражские гроши. Эти высокопробные, изящно сделанные монеты быстро получили распространение в Восточной и Центральной Европе. Клады с пражскими грошами XIV — XV вв. неоднократно находили в Киеве. В ходу были и золотые монеты, в основном флорины венгерского происхождения («червоные золотые угорские», как называют их источники), а также польские и литовские мелкие серебряные монеты, пол у гроши и денарии, приток которых усиливается с началом XVI в.

Во второй половине XIV в. в Киеве начали чеканить местные монеты. Киевские серебряные денарии чеканились с именем князя Владимира Ольгердовича во время длительного пребывания его в Киеве (1363— 1394 гг.). По всей вероятности, они предназначались для нужд городской торговли, но, ввиду своей высокопробности, были распространены во всем Поднепровье. В XV в. киевляне пользовались русскими серебряными монетами — ден га ми, что свидетельствует о развитии украинско-русских экономических связей.

Опустошительное нашествие Батыя и последовавшее за ним изнурительное иго иноземных феодалов на длительный период замедлили развитие Киева. Первые 100 лет после нашествия ушли на восстановление производительных сил, разрушенных кочевниками. Лишь с середины XIV в. на русских землях начинается общий хозяйственный подъем, благотворно повлиявший на оживление городской жизни. Но в Киеве оно было замедлено новым иноземным вторжением и господством — феодалов Великого княжества Литовского. Несмотря на это, массы киевского грудящегося населения нашли в себе силы развивать ремесла, промыслы и торговлю, расстраивать и украшать свой город, остававшийся одним из крупнейших экономических центров Восточной Европы.
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Губернаторы столицы

От автора

Длительное время богатое историческое наследие украинского народа было недоступным для простого человека. Лишь к концу 20 века и, особенно, после провозглашения в 1991 году независимости Украины, стали публиковаться материалы отечественной культуры. Переиздаются забытые неизвестные произведения историков, прозаиков, труды философов.

Читать полностью...