Древний и средневековый Киев

Поиск

Восстановление жизни в городе.

Разрушив большинство древнерусских городов, нанеся неисчислимый ущерб их экономике и населению, монголо-татарские захватчики не смогли изменить внутренних закономерностей развития городов в Восточной Европе. Агрессору удалось лишь затормозить его. Основывающиеся на глубинной социально-экономической структуре феодального строя стимулы возникновения и развития городов действовали и в эпоху монголо-татарского владычества, хотя их влияние было серьезно затруднено игом ордынских правителей.

Если вторая половина XIII в. повсеместно на Руси была временем залечивания ран, нанесенных нашествием кочевников и последующими разорительными вторжениями монголо-татарских феодалов, то с XIV в. начинается этап дальнейшего развития производительных сил на восточнославянских землях. К сожалению, при нынешнем состоянии источников эти процессы могут быть прослежены в самых общих чертах. Особенно это касается Киева. Киевские летописи от периода XIII—XV вв. не сохранились, а случайных и разрозненных упоминаний памятников письменности о городе вплоть до конца XV в. явно недостаточно для воссоздания цельной картины развития социально-экономических отношений в городе.

На восточнославянских землях XIV — первая половина XVI в. были временем становления крупной феодальной земельной собственности, развития феодального хозяйства, постепенного внедрения новых, более прогрессивных в сравнении с предшествовавшими им форм ведения обработки земли, новых орудий и пр. В сельском хозяйстве медленно восстанавливались производительные силы. Поскольку феодальные города были теснейшим образом связаны с тяготевшей к ним сельскохозяйственной округой, это не могло не сказаться на оживлении городской жизни. С середины XIV в. в Киеве и других русских городах наблюдается расширение ремесленного производства. Развитие земледелия и скотоводства обеспечивало городское население продуктами питания, создавая для него возможность все больше времени уделять ремеслу и все меньше зависеть от собственного земельного надела. Все явственнее углубляется отделение ремесла от сельского хозяйства.

Восстановление экономической жизни на Руси положительно повлияло на концентрацию населения в городах, где собирались как свободные, так и феодально зависимые крестьяне. «В течение всего средневековья,— указывали К. Маркс и Ф. Энгельс,— непрерывно продолжается бегство крепостных в города. Эти крепостные, преследуемые в деревнях своими господами, приходили поодиночке в города, где они заставали организованную общину».

Есть основания считать, что население Киева медленно, но неуклонно возрастало уже с первых лет после захвата города войсками Батыя. В родной город возвращались бежавшие от вражеского нашествия жители, стекалось население полностью уничтоженных врагом городов Киевской и других южнорусских земель. Но основным источником роста киевского населения было крестьянство, находившее в городе относительную защиту от набегов монголо-татар и притеснений феодалов, а также условия для занятий ремеслом. Ведь наиболее активная часть сельских ремесленников издавна переселялась в города.

Отмечая значение городских укреплений для благоприятного развития экономики, Ф. Энгельс писал: «За этими стенами и рвами развилось средневековое ремесло,— правда, достаточно пропитанное бюргерски-цеховым духом и ограниченностью,— накоплялись первые капиталы, возникла потребность в торговых сношениях друг с другом и с остальным миром, а вместе с потребностью в торговых сношениях постепенно создавались также и средства для их защиты». Эта глубокая мысль одного из основоположников марксизма подтверждается историей Киева и других восточнославянских городов второй половины XIII — первой половины XVI в.

Понимая значение Киева как главного восточнославянского культурного и идеологического центра, как символа и воплощения идеи древнерусского единства, золотоордынские правители стремились принизить политическую роль города. Они препятствовали его превращению в один из центров феодальной концентрации, средоточие освободительных устремлений народных масс. Поэтому в последней четверти XIII в. золотоордынские ханы перестали выдавать ярлыки на киевское княжение владимиро-суздальским и другим видным русским князьям, а управляли городом при помощи собственных наместников—баскаков, которые разоряли киевлян постоянными поборами и грабежами. Время от времени орды кочевников врывались в Киев, убивали и угоняли в плен людей, грабили их имущество. Все это тормозило развитие города.

В несколько лучшем положении оказались города Северо-Восточной Руси. Там быстрее, чем на Юге, возрождались старые, разрушенные города (Владимир, Рязань, Тверь), все большее значение в экономической и политической жизни приобретала сравнительно молодая Москва. Закладываются предпосылки создания, пусть и в далеком еще будущем, Российского централизованного государства. Отражением возросшей роли северорусских городов в жизни восточных славян было перемещение митрополии из Киева во Владимир-на-Клязьме в 1300 г.

В 1328 г. общерусская митрополия переезжает в Москву — будущую столицу Российского государства. Но Киев все же продолжал оставаться одним из главных идеологических центров Восточной Европы. Недаром в XIV в. здесь возникает особая, южнорусская митрополия.

После Батыева разорения центр городской жизни Киева переместился на Подол, укрепления которого были восстановлены, по-видимому, раньше других. Не замерла жизнь и в Верхнем городе (летопись называет его Горой). Кпяжеские дворцы, боярские хоромы и большинство церквей стояли в развалинах, но часть домов и хижин ремесленники в скором времени отстроили, о чем свидетельствуют материалы археологических раскопок последних лет. Третьим крупным районом послемонгольского Киева был Печерский монастырь с прилегавшими к нему слободами ремесленников и сельскохозяйственными угодьями.
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить