Поиск

Кольцов М.Е. (1898-1942). Наш Михаил Кольцов с Подола

Литературное наследие Михаила Кольцова, одного из представителей журналистики с мировым именем, многообразно, масштабно и притягательно. Он писал очерки, фельетоны, статьи, которые были пропитаны боевым духом, от которых веяло свежестью, обновлением, которым не чужд был юмор. Во все вкладывал свое сердце, но ярче всего проявился его талант в таком душевном свойстве, как любовь к людям.Не было ни одного крупного события, свидетелем которого он не стал. И где бы ни трудился, всегда оставался верен себе и своей профессии.

Дипломат И.Майский, вспоминая его работу в Народном комиссариате по иностранным делам и в Российском телеграфном агентстве,рассказывал: „Кольцов понимал психологию иностранцев и умел разговаривать с журналистами. Он обычно с большим искусством беседовал с ними, разъяснял их недоумение, отвечал на вопросы. Эффект был самый благоприятный. Помню, как один видный американский журналист после встреч с Михаилом Ефимовичем мне сказал: Это же не человек, а жемчужина... И такой молодой!“

Михаил Ефимович Кольцов родился 12 июня 1898 г. в Киеве в семье простого ремесленника, мастера на все руки. Миша рос живым, общительным, „неистощимым выдумщиком и охотником до всяких задорных затей“. Жили на Межигорской, в доме №5/3. Окончилвторое реальное училище, что находилось на улице Тимофеевской, 12 (ныне М.Коцюбинского). Вместе с ним учился, и его брат Борис Ефимов, ставший впоследствии известным графиком.

Позже М. Кольцов поступил в психоневрологический институт в Петрограде. Там он начинает сотрудничать в журнале „Путь студенчества“. Однако первые фундаментальные статьи появляются на страницах газеты „Правда“, принеся молодому журналисту известность.

Наступил 1917 год, с ним пришли февральская революция, а позднее и октябрьская. Кольцов отражает эти события в очерках „Далекие следы“, „Февральский" март“, „Великое нетерпение“, „Пыль и солнце“. Он заведует отделом хроники Всероссийского комитета Наркомпроса, редактирует журнал „Кинонеделя“.

1918 год. Снова в его жизни Киев. В городе постоянные перебои с электричеством, это усложняло многое. Печатную машину приводили в движение вручную.

Руководил Всеукраинским кинокомитетом, был редактором журнала „Театр“. В 1919 г.он работал и в редакционно-издательском отделе Киевского военного округа. Михаил Ефимович часто вспоминал о том, как они тогда работали: „В голоде, в нетопленной редакции и наборной, на поломанных машинах при отсутствии связи и людей. Газету выпускали в наступающем или отступающем вместе с армией поезде, в 6езлунные чернильные украинские ночи на пароходе, в случайных городишках по выбору военной судьбы“. В Киеве сочетался браком с известной драматической актрисой В.Юреневой (впоследствии их пути разошлись). Она играла в театрах Одессы, Киева, а потом и на сцене российской столицы.

Гремела гражданская война. В июле 1920 г. Кольцов направляется на Западный, Юго-Западный фронты. В течение месяца иногда печатал до двадцати статей. Активно трудился и в период нэпа, направляя свое перо против „мурла мещанина“, бюрократов и чинуш. Кольцов был великим мастером придумывать заголовки: „Кровать в клетке“, „Слон пишет“, „Кролики, не робейте“, „Лилипут из Новгорода“.

В 1923 г. по инициативе М.Кольцова было принято решение о создании иллюстрированного журнала „Огонек“. Выходят его новые журналы „Советское фото“, „Чудак“, „За рубежом“. Кольцов на этом поприще был одержимым человеком. К.Чуковский вспоминал: „Наделенный огромным талантом организатора, Михаил Ефимович был предприимчив, инициативен“.

Чуковский хорошо был знаком с Кольцовым и не раз посещал его дом в Москве, о чем писал в своем дневнике. Его принимали с большим участием и вниманием. Елизавета Николаевна, вторая жена Кольцова, худощавая, не отличавшаяся особой красотой дочь англичанки, крепко любила своего „Майкела“, устроив ему „уютное гнездышко“ в крохотной квартирке на Большой Дмитриевке. Сам Михаил Ефимович в круглых, очках, небольшого роста, ходил медленно, говорил степенно, много курил, но при всем этом производил впечатление ребенка, который притворялся взрослым. Между тем у него уже четыре тома сочинений, о нем в „Academia“ выходит книга.

Его интересовало все: чтобы собрать материалы для своих статей, он становился педагогом, военным, дипломатом, регистратором загса. Однажды в течение трех дней ездил по Москве как шофер такси.

И вот он снова в Украине. Итог поездки в 1934-1935 гг. – статьи о Николае Островском, шахтере Алексее Стаханове, „От Киева – до Львова“.

Особым этапом в жизни Михаила Кольцова стала Испания. Фашистские мятежники подняли бунт против республиканского правительства. Это было 18 июля 1936 г. Через три недели в Барселоне появился Михаил Кольцов. Он фиксировал все происходящее вокруг. Так родился „Испанский дневник“ - летопись гражданской войны в этой стране. Его боевая публицистика, блестящие корреспонденции появлялись тогда и в испанской печати.

Кольцова, одетого в комбинезон, с биноклем на шнурке и блокнотом в руках, было легко отличить от других. Он прекрасно говорил по-испански и успевал всюду. Его видели на всех участках фронта - не только как журналиста. Ходил в атаку и разведку, видели его то в броневик, то в танке.

Всеволод Вишневский как-то замётил: „Мы дали Испании танки, самолеты и Михаила Кольцова“ Он стоил такого сравнения. В Мадриде он подобрал бездомного и осиротевшего мальчика, привез его в Россию и усыновил. Маленький Хосе не мог знать, что вскоре станет снова сиротою.

Константин Симонов рассказывал, что для всех совершенно неожиданным, стало исчезновение М. Кольцова. Его арестовали в конце 1938 г. чуть ли не в кабинете Мехлиса. Слухи об этом распространились мгновенно. Кстати, последняя запись в его книжке была такой: „Южанин целится в меня…“

После ареста Кольцова Александр Фадеев, написал Сталину о том, что никто не верит в его виновность. Тогда Сталин в ответ якобы представил две папки с показаниями Кольцова. Они были ужасными, свидетельствовали, о его признании в связях с троцкистами. Чего там только не было. Тем не менее, никто не поверил в правдивость написанного.

Михаила Ефимовича Кольцова расстреляли как врага народа 4 апреля 1942 г. сталинская машина репрессий поглотила еще одну очередную свою жертву. Где покоится его прах, остается тайной.

 

Губернаторы столицы

Пороху он и не нюхал

В провинциях России и Украины правительственные реформы проходили непосредственно под руководством губернаторов. Характерно то, что в период преобразований по стране прокатилась волна террора как в столицах империи, так и в других городах. Проведение реформ в Украине и Киеве связано и с пребыванием на посту Киевского, Подольского и Волынского генерал-губернатора Александра Романовича Дрентельна, служившего ранее шефом жандармов, потом командующим Киевским военным округом.

Читать полностью...