Поиск

Реформы Владимира Святославича. Введение христианства.

После смерти Святослава великим князем киевским стал его старший сын Ярополк (973—980). Однако уже через несколько лет на Руси возникла первая усобица.

Сыновья Святослава начали борьбу за власть. В ходе ее Олег древлянский был убит, а Владимир бежал в Скандинавию. Ярополк назначил на его место в Новгород своего посадника. Однако в 980 г. Владимир с наемным варяжским войском вернул себе Новгород, а затем захватил Полоцк. Подчинив Северную Русь, Владимир подошел к Киеву, «съ вой многими» и осадил город. Ярополк бежал в Родень — замок в устье Роси, где был выдан Владимиру своим воеводой Блудом и убит. «И нача княжити Володимеръ в Киеве единъ», — говорит «Повесть временных лет».

Время княжения Владимира Святославича (980—1015) явилось важным этапом как в истории Киевской Руси в целом, так и в истории ее столицы — Киева. Как известно, К. Маркс называл время правления Владимира «кульминационным пунктом» в истории развития державы Рюриковичей.

Князь Владимир Святославич представлял собой яркую в истории Руси фигуру и справедливо считается одним из наиболее выдающихся ее государственных деятелей. Его энергичная деятельность была направлена прежде всего на укрепление центральной власти киевского князя и подавление регрессивных, центробежных тенденций, которые существовали в местных княжениях.

Владимир имел необычную для великого князя киевского генеалогию: он был внебрачным сыном Святослава и Малуши — ключницы княгини Ольги.

Первые годы правления Владимира были сложными и неспокойными. Наемная варяжская дружина, помогавшая одолеть Ярополка, требовала наложить на киевлян контрибуцию по две гривны с человека. Однако этот акт сразу же восстановил бы киевлян против нового князя. И Владимир с большим дипломатическим тактом сумел направить буйные варяжские отряды в Византию, предупредив, впрочем, императора об их опасном характере.

В ослабленном междоусобицами государстве начались антикиевские сепаратистские выступления на периферии. Активизировались и западные соседи Руси, прежде всего Польша. Владимир стал решительно пресекать все автономистические тенденции, вновь объединив все восточнославянские земли.

В 981 г. были подчинены вятичи «и възложи на ня дань от плуга, якоже отець его имаше». Но на следующий год (982) снова «заратишася вятичи» и Владимир «победи я второе». В 983 г. он покорил ятвягов. В 984 г. власти киевского князя «корятся радимичемъ». В 992 г. состоялся поход Владимира на хорватов и завершилось объединение восточнославянских земель в составе Киевской Руси.

В 981 г. началась война с Польшей из-за Червенских городов. В результате удачного похода в состав Киевского государства вошли Червен, Перемышль и другие города.

В 985 г. Владимир в союзе с торками совершил поход в Волжскую Болгарию. После победы было, однако, решено, что для Руси будет выгоднее не взимать контрибуцию с побежденных, а наладить долговременные мирные отношения. «И створи миръ Володимеръ съ болгары... и реша болгаре: «Толи не будеть межю нами мира, оли камень начнеть плавати, а хмель почнеть тонути».

В конце X в. был установлен мир с западными соседями Руси. Как сообщает летописец, Владимир «бъ живя с князи околними миромъ, съ Болеславомъ Лядьскымъ, и съ Стефаномъ Угрьскымъ, и с Андрихомъ Чешськымъ, И бе миръ межю ими и любы». Польский король Болеслав Храбрый даже выдал свою дочь за сына Владимира Святополка.

В этот период завершился длительный процесс формирования территории Киевской Руси. Определились ее рубежи, совпадавшие в основном с этнографическими границами восточных славян. Это было крупнейшее в Европе государство с исключительной для эпохи средневековья этнической однородностью. Неславянские северные племена (чудь, меря, весь) составляли лишь незначительную часть населения Киевской Руси. Границы государства проходили по Днестру, Карпатам, Западному Бугу, Неману и Западной Двине на западе; Чудскому озеру, Финскому заливу, Ладожскому и Онежскому озерам — на севере; верховьям Оки и Волги — на востоке; вдоль р. Сулы, Дона, Роси и Южного Буга — на юго-востоке и юге. В состав Киевской Руси входило и Тмутараканское княжество в Приазовье и на Керченском полуострове с городами Тмутаракань, Белая Вежа, Корчев (Керчь).

Кроме этого, целый ряд соседних территорий со славянским и неславянским населением (Причерноморье, Крым, Приазовье, Прибалтика) пребывал в сфере постоянного политического и экономического влияния Руси, что обеспечивало Киевской Руси прежде всего выход к международным торговым рынкам. Особенно прочными были экономические связи древнерусских земель с Крымом, где в крупнейших торговых городах — Херсонесе и Суроже (Судаке) находились целые кварталы русских купцов и ремесленников.

Одним из важнейших государственных мероприятий Владимира Святославича, направленных на политическую консолидацию всех восточнославянских земель, была административная реформа 988 г., завершившая начинания Святослава. Суть ее заключалась в окончательном уничтожении политической автономии местных «племенных» княжений. До этого времени Киевская Русь во многом представляла собой совокупность княжеств, вассальных по отношению к Киеву, которые признавали сюзеренитет великого князя киевского, платили ему дань, поставляли войска, но сохраняли внутреннюю автономию с местными княжескими династиями и, следовательно, местным управленческим аппаратом. Поэтому вся политическая система Киевской Руси в значительной мере держалась на силе киевского князя. Стоило этой силе ослабнуть, как то одно, то другое княжество делало попытки отделиться от Киева.

Теперь местные «племенные» княжения как административные единицы были уничтожены, а территория Киевской Руси была разделена на области вокруг крупных городов, где вместо князей из местных династий были посажены сыновья Владимира: «И посади Вышеслава в Новегороде, а Изяслава Полотьске, а Святополка Турове, а Ярослава
Ростове. Умершю же старейшему Вышеславу Новегороде, и посади Ярослава Новегороде, а Бориса Ростове, а Глеба Муроме, Святослава въ Деревехъ, Всеволода Володимери, Мстислава Тмуторокани». В менее важных городах находились посадники Владимира из ближайшего окружения князя.

Реформа ликвидировала власть местных князей, которые были тесно связаны происхождением и интересами со своими землями, покончила с сепаратизмом земель. Вся власть на местах перешла в руки лиц, непосредственно зависимых от киевского князя, которым были близки интересы Киева.

Для обеспечения безопасности южных границ Руси Владимир закладывает многочисленные города и замки в пограничных со степью районах, в которые он переводит население из других земель: «нача ставити городы по Десне, и по Востри, и по Трубежеви, и по Суле, и по Стугне. И поча нарубати муже лучшие от словень, и от кривичь, и от чюди, и от вятичь, и от сихъ насели грады». Этими мероприятиями киевский князь одновременно создавал эффективную систему борьбы с печенегами и укреплял свою власть на местах.

В результате реформы все земли Киевской Руси и все высшие ступени феодальной иерархии в государстве оказались в руках одного княжеского рода. С одной стороны, это способствовало объединению сил для борьбы с внешними врагами, с другой — таило в себе опасность постоянной борьбы внутри рода за великокняжеский киевский престол.

Для прочной политической консолидации Киевской Руси административную реформу необходимо было закрепить реформами в области идеологии.

На Руси официальной религией оставалось язычество, одной из главных черт которого было территориальное разделение. Не существовало общего для всех земель пантеона богов. Каждая область поклонялась своим, местным, часто довольно многочисленным богам. Автономистические выступления в отдельных землях часто принимали религиозную окраску, как движение на защиту своих «племенных» богов. Религиозные реформы Владимира Святославича были направлены на ликвидацию этого сильного идеологического оружия в руках сторонников сепаратизма. Князь и его окружение отлично понимали силу влияния религии на людей того времени и старались использовать это влияние в интересах феодального государства.

Владимир стремится превратить Киев в религиозный центр всех восточных славян. Сразу же после вокняжения в Киеве он создает пантеон главных языческих богов во главе с Перуном — богом грома и молнии, покровителем князя и его дружины. В центральной части киевского детинца, «на холму вне двора теремнаго», было сооружено языческое капище, где поставили: «Перуна древяна, а главе его сребрену, а усъ златъ, и Хърса, и Дажьбога, и Стрибога, и Симарьгла, и Мокошь». Хоре и Дажбог (Даждьбог) олицетворяли солнце, но имели разное происхождение: Дажбог — чисто славянское божество, а Хоре — иранское, которое вошло в пантеон, вероятно, от северян, испытавших на себе сильное влияние ираноязычного населения. Симаргл — бог земли, подземного царства, также иранского происхождения; Стрибог — славянский бог ветров; Мокошь — богиня плодородия и домашнего очага, по происхождению финское божество (земли некоторых финских племен входили в состав Киевской Руси).

Единый пантеон, объединяя всех древнерусских богов, должен был лишить почвы сепаратистские тенденции отдельных земель. Провозглашая Перуна (покровителя князя) верховным божеством пантеона, Владимир Святославич освящал этим феодальную систему.

Однако язычество уже пережило свое время. Это была религия первобытнообщинного общества, и поэтому попытки приспособить ее для нужд феодального государства были обречены на провал. Язычество уже не отвечало уровню социального, политического и культурного развития Киевской Руси, достигнутому во второй половине X в.

Новым социально-политическим условиям развития древнерусского государства должна была соответствовать монотеистическая религия. Во всех соседних с Русью государствах различные разновидности этой религии пришли на смену язычеству.

После ознакомления с обрядами и церковной службой существовавших религий было решено остановиться на выборе христианства византийского образца. Такому выбору способствовала политическая обстановка того времени, давние и прочные связи с Византией, определенные позиции, занятые ее церковью на Руси начиная с IX в. Он был прежде всего обусловлен «причинами вполне эмпирическими, нисколько не зависящими от влияния религиозного духа».

В 988 г. князь Владимир Святославич «крестит Русь», т. е. утверждает православие официальной государственной религией. Конечно, принятие христианства не могло быть единовременным актом, предпринятым по личной инициативе князя. В действительности это было лишь этапом в длительном процессе христианизации Руси, который начался за несколько веков до княжения Владимира и завершился в эпоху позднего средневековья.

Археологические материалы свидетельствуют, что христианское вероучение начало проникать в лесостепной район расселения славянских племен уже в III—IV вв. н. э. В последние годы предметы христианского культа обнаружены и на славянских поселениях VI—VII вв.

В IX в. проникновение христианства на Русь зашло уже далеко. В окружном послании константинопольского патриарха Фотия (866) рассказывалось о крещении Руси (вероятно, какой-то части дружины). Князь Аскольд, по-видимому, уже был христианином. О христианстве на Руси в IX в. свидетельствуют и арабские источники Ибн-Хордад-бег, Аль-Масуди). В Киеве на Подоле была соборная церковь св. Ильи («надъ ручьемь, конець Пасынець беседы»), которая упоминается в летописной статье 945 г. Княгиня Ольга была христианкой, много христиан было и в ее окружении, в том числе и поп Григорий, который сопровождал княгиню в Константинополь. На пример Ольги указывали Владимиру и бояре, обсуждая выбор религии.

Вернувшись в Киев, Владимир приступил к уничтожению языческих капищ и насаждению христианства: сперва в столице, а затем и по всей стране. Он «повеле кумиры испроврещи, овы исещи, а другыя огневи предати; Перуна же повеле привязати коневи къ хвосту и влещи с горы по Боричеву на Ручай, 12 мужа пристави тети жезльемъ». На следующее утро на Днепре «Володимеръ съ попы царицины и Корсуньскыми» крестил киевлян. После этого Владимир «повеле рубити церкви и поставляти по местомъ, иде же стояше кумиръ Перунъ и прочии, иде же творяху потребы князь и людье».
Постройка церквей на местах, где стояли языческие капища, символизировала победу христианской религии над язычеством. На Перуповом холме была построена деревянная Васильевская церковь в честь святого Василия — христианского патрона князя Владимира. В 989— 996 гг. в центре «города Владимира» построена первая на Руси каменная церковь — Десятинная.

Несмотря на энергичные меры государственных властей, христианство распространялось по Руси медленно и встречало сопротивление населения. О том, насколько прочно удерживалось язычество в народе, свидетельствует тот факт, что оно нередко было идейным оружием в борьбе народных масс против феодальной эксплуатации. Вплоть до XIV—XV вв., особенно в глухих уголках страны, люди поклонялись языческим богам «под овином», 'приносили жертвы «бесом, болотом и кладезем».

Необходимо отметить, что в борьбе с язычеством церковь вынуждена была приспосабливаться. Она впитывала в себя языческие элементы, многие народные обряды (купальские праздники, святочные гадания, поклонение священным деревьям, погребальные и свадебные действа и др.). «Языческий» элемент русского христианства особенно рельефно выступает в произведениях художественного ремесла Древней Руси — змеевки, колты, диадемы, браслеты. На всех их, наряду с христианской символикой, имеет место и языческая (древо жизни, скоморошьи пляски и бесовские игрища, изображение зверей, фантастических птиц и др.).

Новая религия с ее монотеизмом, иерархией святых, развитым учением о господстве и повиновении, проповедью о непротивлении злу насилием, что в условиях классового общества означало непротивление эксплуатации, в полной мере отвечала историческим условиям, сложившимся на Руси в конце X в. Особенностью христианства на Руси являлось то, что оно насаждалось сверху государственной властью как государственная религия. На Руси церковь очень быстро вошла в государственный аппарат; ее важнейшей функцией стала идеологическая обработка народных масс в духе «рабы да повинуются господам своим».

Введение христианства, подготовленное всем ходом внутреннего развития Киевской Руси, стимулировалось и внешнеполитическими причинами. Этого требовало развитие политических, экономических и культурных отношений со странами Европы, большинство которых к тому времени было христианскими. Причиной того, что Киевская Русь, несмотря на давнее знакомство с христианством, все же не спешила с провозглашением его государственной религией, являлось опасение попасть в вассальную зависимость от Византии.

Русская православная церковь была организована по византийскому образцу. Во главе ее стоял киевский митрополит, назначавшийся патриаршим синодом или великим киевским князем с последующим избранием собором русских епископов. Последние управляли епархиями, которые территориально в основном соответствовали удельным княжествам.

Введение христианства на Руси сыграло большую роль в укреплении единства древнерусского государства. Церковь содействовала упрочению нового, прогрессивного по сравнению с рабовладельческим феодального строя, брала под защиту моногамную семью, выступала против обычая кровной мести, способствовала развитию письменности,
литературы, искусства и монументального строительства. Принятие христианства способствовало широкому проникновению на Русь достижений византийской культуры, развитию связей с Балканами и другими странами Европы.

Оценивая прогрессивное значение крещения Руси, нельзя забывать, что христианство, будучи более высокой формой идеологии по сравнению с язычеством, было, как и всякая другая религия, идеологией глубоко реакционной. К. Маркс так характеризовал его социальную сущность: «Социальные принципы христианства проповедуют необходимость существования классов — господствующего и угнетенного..., переносят на небо обещанную... компенсацию за все испытанные мерзости, оправдывая тем самым дальнейшее существование этих мерзостей на земле..., объявляют все гнусности, чинимые угнетателями по отношению к угнетенным, либо справедливым наказанием за первородный и другие грехи, либо испытанием, которое господь в своей бесконечной премудрости ниспосылает людям во искупление их грехов. Социальные принципы христианства превозносят трусость, презрение к самому себе, самоунижение, смирение, покорность». Христианская церковь выступала «в качестве наиболее общего синтеза и наиболее общей санкции существующего феодального строя».

Таким образом, православное христианство было важным идеологическим оружием в борьбе за утверждение феодального строя и укрепление на Руси власти класса феодалов. А вскоре и сама православная церковь стала крупнейшим феодалом, непосредственно эксплуатирующим трудящиеся массы.

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить