Поиск

Репрессии против большевиков. Ухудшение положения трудящихся.

Еще до объявления Германией войны России (19 июля) киевский губернатор получил телеграмму министерства внутренних дел о том, что с 18 июля Киевская губерния объявляется на военном положении. На следующий день командующий войсками Киевского военного округа подписал обязательное постановление, запрещавшее под угрозой ареста и штрафа в любой форме выступать против действий правительства. Указом от 20 июля «Уложение о наказаниях» было дополнено статьей, согласно которой лица, виновные «в возбуждении к прекращению войны в публичной речи, или докладе, или в произведениях печати», должны подвергаться тюремному заключению. Подобные угрозы содержались в десятках других официальных документов, вышедших из-под пера центральных и местных органов власти, военного командования. Ими запестрели страницы киевских газет, рекламные щиты, ворота промышленных предприятий.

Партия большевиков, и до войны вызывавшая к себе повышенный интерес и внимание карательных органов царского самодержания, с началом военных действий стала основным объектом полицейских преследований. «...Царское правительство,— констатировал В. И. Ленин,— арестовало и сослало тысячи и тысячи передовых рабочих, членов нашей нелегальной РСДРП». Пролетарской партии, как отмечал он, стало в сто раз труднее, чем раньше.

Лавина репрессий обрушилась и на большевиков Киева. В ночь на 25 июля 1914 г. полиция арестовала фактически весь большевистский актив города и разгромила подпольную типографию большевиков. В последующие месяцы и годы войны подобные удары, вырывавшие из рядов партийной организации опытных руководителей масс, наносились Киевскому комитету РСДРП более 10 раз. Это, естественно, заметно снижало активность деятельности большевиков, подрывало их связи с рабочими, что, в свою очередь, отрицательно сказалось и на революционной борьбе киевских рабочих.

С началом войны появились и многие другие факторы, приведшие к резкому снижению пролетарской борьбы. Значительно изменился состав рабочих. Наиболее сознательные молодые рабочие, обогащенные опытом революционных выступлений, были мобилизованы в армию. Их место заняли женщины, подростки, пожилые мужчины. В 1916 г. среди рабочих 225 предприятий Киева женщины составляли 30%, а мужчины моложе 17 и старше 45 лет — 11,5%.

Поскольку массовое изъятие квалифицированных рабочих из промышленности (только первая мобилизация сократила их часть по стране на 40 %) пагубно отразилось на ее состоянии, правительство с осени 1914 г. стало на путь предоставления отсрочек рабочим, занятым на предприятиях, выполняющих заказы военного ведомства. К этому времени в Киеве насчитывалось около 30 таких предприятий. На них было занято 25 % промышленных рабочих города. Отсрочками поспешили воспользоваться представители буржуазных и мелкобуржуазных слоев населения, всякими правдами и неправдами устраиваясь на оборонные предприятия и тем самым ограждая себя от фронта. Наплыв подобных «патриотов», срочно перешедших от «обороны государства» к «самообороне», усилил социальную неоднородность рабочего класса, сделал его гораздо менее пролетарским по составу, чем прежде. Это отрицательно сказалось на общем политическом уровне пролетариата страны, привело к снижению его сознательности и революционной активности.

Рабочая прослойка Киева в этом отношении не составляла исключения. Вот как характеризовал состав рабочих завода «Арсенал» большевик А. В. Иванов, в октябре 1916 г. отозванный из армии для работы на этом заводе: «Атмосфера была тяжелая. Много было на заводе элемента, пришедшего на «Арсенал» спрятаться от мобилизации, чтобы, работая на оборону, освободиться от фронта: различные хозяйчики, мелкие спекулянты, лавочники и т. п.».

В годы войны владельцы и администрация киевских предприятий довольно широко использовали труд военнопленных и беженцев, оплата труда которых им обходилась дешевле, чем местных рабочих. Так, в 1916 г. на заводах Гретера и Криванека, «Ауто», «Арсенал», Фильверта и Дедины, Млошевского и др., число рабочих на которых достигало почти 6 тыс., военнопленных было более 20%. Основная масса военнопленных (750 человек) сосредоточивалась на заводе Гретера и Криванека.

Правда, отряд пролетариев Киева пополнился и довольно большой группой рабочих из центральных районов страны, Прибалтики и др. Например, на «Арсенале» число рабочих возросло в основном за счет откомандированных из армии питерцев и москвичей; ряды трудящихся кожевенной промышленности усилились после эвакуации в Киев рижской обувной фабрики Метесона. Однако в силу ряда причин (прибытие новых рабочих в Киев на второй и третий год войны, отсутствие связей эвакуированных с местными рабочими, ослабление деятельности большевиков в городе и др.) они не смогли существенно повлиять на действия киевских пролетариев.

В годы войны и без того тяжелое положение рабочего класса резко ухудшилось. Правительство, капиталисты, прикрываясь необходимостью усиления работы «на оборону», нарушали (или игнорировали) многие существовавшие и, как известно, далеко не гуманные законы, касающиеся продолжительности рабочего дня, сверхурочных работ, охраны труда, страхования рабочих на случай болезни и т. п. В то же время рабочие за малейший проступок на работе сурово наказывались. Так, в сентябре 1914 г. особый комитет Управления Юго-Западных железных дорог издал обязательное постановление, грозившее опоздавшим на работу трехмесячной тюрьмой и штрафом до 500 руб.

Настоящим бичом для трудящихся стала неудержимо возраставшая дороговизна на предметы первой необходимости, особенно на продукты питания. Она намного опережала рост номинальной зарплаты рабочих, обрекала их на голодное, нищенское существование. Если в 1916 г. средняя заработная плата киевского рабочего по сравнению с 1915 г. возросла на 40 % (у печатников и литографов — лишь на 12,6 %, рабочих электростанции — 22,1, пищевиков — 31,6%, а у рабочих, занятых в химической промышленности и на предприятиях по обработке животных продуктов, даже снизилась на 1,2— 6,1%), то цены на муку, черный хлеб, картофель, простую сельдь, подсолнечное масло, т. е. основные продукты питания рабочей семьи, увеличились почти в 2—2,5 раза. В городе процветали спекуляция, искусственное взвинчивание цен.

Против всего этого рабочим в условиях войны бороться было очень трудно. В этом отношении положение трудящихся Киева, который находился в прифронтовой зоне и стал местом размещения штаба крупнейшего в стране военного округа, города, где сосредоточилось до 80 тыс. солдат и офицеров, было особенно тяжелым. Малейшие волнения рабочих расценивались властями как действия, направленные на подрыв обороны государства, в частности на снижение успешности военных операций Юго-Западного фронта. Обычной реакцией органов власти, предпринимателей на выступления или даже попытки к ним киевских рабочих стала угроза отправки на фронт либо (для невоеннообязанных) тюремного заключения. «Не будете работать — пожалуйте на позиции»,— таким, например, был обычный ответ администрации Южнорусского завода и «Арсенала» недовольным рабочим. Постоянно угрожало железнодорожникам Киева «командировкой» поближе к фронту их начальство.

8 августа 1915 г. начальник Киевского жандармского управления, информируя начальника Киевского военного округа о намерениях рабочих города стачками солидарности поддержать забастовавших рабочих ряда предприятий Петрограда и Москвы, сообщал, что он предупредил трудившихся на предприятиях оборонного значения о том, что любые попытки к стачкам повлекут за собой военно-полевой суд над забастовщиками.

Следствием всего этого был резкий спад стачечной борьбы киевских рабочих в годы войны. Если в течение первых шести с половиной месяцев 1914 г. в городе бастовало около 4 тыс. рабочих 48 предприятий (в политических забастовках участвовало 3650 рабочих, трудившихся на 43 предприятиях), то за период со второй половины июля 1914 г. по февраль 1917 г. в Киеве зарегистрированы стачки лишь на 23 предприятиях. При этом, даже с учетом того, что рабочие некоторых предприятий бастовали по 2—3 раза, число стачечников за это время составило лишь 3700 человек. Все забастовки имели экономический характер — их участники, как правило, требовали повышения зарплаты.

К 1916 г.— началу 1917 г., когда рабочее движение в стране достигло небывалого подъема, превысив по интенсивности стачек даже самый революционный для России 1905 год, относится и период некоторого оживления стачечной борьбы киевских рабочих. Он дал 66% всех бастовавших в городе за время с июля 1914 г. по февраль 1917 г. Наиболее значительным выступлением была стачка 800 рабочих семи типографий (5— 16 сентября 1916 г.), которой руководила большевистская группа профсоюза печатников, возглавляемая A. К. Ластовским. Впервые за годы войны к стачкам начали прибегать рабочие заводов «Арсенал», Гретера и Криванека, Главных железнодорожных мастерских.

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить