Поиск

В тисках экономического кризиса. Первые политические выступления рабочих.

Хотя промышленность Киева меньше, чем других крупных городов страны, ощутила пагубные удары кризиса, он все же тяжело отразился на жизни рабочих. Город, где недавно не хватало рабочих рук, наполнился безработными. Те же рабочие, которым удалось избежать увольнения, еще в большей степени, чем раньше, испытывали на себе безжалостный пресс капиталистической эксплуатации. Предприниматели, стремясь переложить на плечи рабочих последствия кризиса, увеличивали рабочий день, сокращали размеры заработной платы, чаще и более жестко применяли штрафы и т. п.

Как известно, согласно закону от 2 июня 1897 г., продолжительность рабочего дня не должна была превышать 11,5 часа. Но с этим в сущности антирабочим законом предприниматели не считались. Не случайно старший фабричный инспектор Киевской губернии в одном из своих отчетов, составленном в начале 1900 г., констатировал, что рабочие Киева не имеют возможности пользоваться «теми преимуществами, которые предоставляет закон».

В годы кризиса рабочий день на киевских предприятиях длился: у машиностроителей — 12,5 часа, у занятых на сахарных заводах — 12—13, в пошивочных мастерских — 13—15, в булочных и пекарнях, на почте и телеграфе — до 18 часов в сутки. Как сообщал в одной из своих листовок за сентябрь 1902 г. Киевский комитет РСДРП, во многих мелких мастерских рабочий день слесарей составлял 14—19 часов. Дело дошло до того, что даже представители местных царских властей вынуждены были подать свой голос против чрезмерного увеличения рабочего дня. Так, в марте 1901 г. киевский, подольский и волынский генерал-губернатор высказал свое неудовольствие удлинением рабочего дня вагоновожатых киевского трамвая, но, конечно, не потому, что заботился о них, а потому, что, по его словам, их «непомерное утомление... не может обеспечить безопасности передвижения местного населения по городской ж. д.».

В. И. Ленин, анализируя в 1901 г. уроки кризиса, подчеркивал, что капиталисты «пользуются беспомощностью рабочих для еще большего понижения платы», размеры которой и до этого низводили рабочих до положения нищих. Глубокая правота ленинских выводов наглядно подтверждается и событиями в Киеве. В годы экономического кризиса заводчики и фабриканты, администрация предприятий, принадлежавших казне, владельцы мелких мастерских и пр.. повели активное наступление на заработную плату киевских рабочих.

Как отмечал Киевский комитет РСДРП, на заводе Гретера и Криванека уже в 1900 г. расценки были снижены на 40—50 %, в ряде цехов Южнорусского завода в 1902 г.— на 55—62 %; на 20—25 % снизилась зарплата рабочих кирпичных заводов, более чем на 30 % — на кафельном заводе. Многие категории рабочих, в том числе кузнецы, плавильщики, модельщики, слесари Главных железнодорожных мастерских, получали половину, а нередко и меньше половины зарплаты, допускаемой инструкцией Управления казенных железных дорог.

Но даже эта урезанная зарплата далеко не вся поступала в бюджет рабочей семьи. Значительную ее часть поглощали штрафы, обсчеты, взятки, которые вынуждены были давать начальству рабочие, чтобы избежать увольнения. В 1901 г. в Киевской губернии (включая Киев) было оштрафовано около 7800 рабочих 195 предприятий, подлежащих надзору фабричной инспекции, или более 16 % занятых на них рабочих. Через два года штрафам были подвергнуты 25 % рабочих, трудившихся на 124 предприятиях губернии.

Страдания рабочих и их семей усиливались и тем, что владельцы предприятий, особенно небольших, несвоевременно расплачивались с рабочими. Листовка Киевского комитета РСДРП за 1902 г. рассказывала, как расплачивался со слесарями владелец одной из мастерских города: «Ждешь у него денег, ждешь без конца и в конце концов пойдешь, не получив ни гроша». Хозяин другой мастерской в ответ на просьбы рабочих расплатиться издевательски посылал «их за деньгами к князю Владимиру» (имеется в виду памятник древнерусскому князю).

Ухудшение материального положения рабочих, безработица и другие последствия экономического кризиса, естественно, усложнили революционную борьбу рабочего класса. Но остановить ее уже никакая сила не могла. В 1900 г. было зарегистрировано 20 стачек на предприятиях пищевой промышленности Киева. Крупнейшей из них явилась организованная в апреле Киевским комитетом РСДРП забастовка 1000 рабочих пекарень. Свидетельством организованности стачки стала открытая борьба ее участников за освобождение из тюрьмы своих руководителей и оказание комитетом РСДРП материальной помощи арестованным и их семьям (для этой цели было собрано около 1000 руб.). В конце концов бастовавшие добились частичного удовлетворения своих экономических требований.

В следующем году город потрясли открытые политические выступления студентов и рабочих. Демократическое студенчество университета «вышло из повиновения». Оно потребовало от ректора возвращения в университетские стены двух безосновательно исключенных профессорским судом студентов. Волнения в университете не прекратились и после решения начальства привлечь 400 студентов к судебной ответственности. Тогда 11 января 1901 г. министр просвещения, опираясь на высочайше утвержденные «Временные правила» от 29 июля 1899 г., разрешающие отдавать в солдаты студентов «за дерзкое поведение, за грубое неповиновение начальству, за подготовление беспорядков или производство их», распорядился отдать в солдаты на срок от 1 до 3 лет 183 студентов Киевского университета.

Эта варварская «мера воспитания» студенчества вызвала возмущение среди прогрессивных людей не только в России, но и в большинстве стран Западной Европы. Специальной статьей «Отдача в солдаты 183-х студентов» откликнулся на этот акт насилия царского самодержавия над студентами В. И. Ленин Владимир Ильич указал на его жестокость и унизительность, подчеркнул, что «это — пощечина русскому общественному мнению...». Он призвал рабочих поддержать передовое студенчество, помочь ему в борьбе. «Студент,— писал В. И. Ленин,— шел на помощь рабочему,— рабочий должен прийти на помощь студенту».

11 марта по призыву Киевского комитета РСДРП и студенческого Киевского союзного совета землячеств и организаций на центральной магистрали города — Крещатике собралось до 15 тыс. человек, главным образом рабочих. С пением революционных песен, под красным знаменем демонстранты двинулись к городской думе. Против них были брошены полиция и войска. Многих участников демонстрации арестовали. Большую часть среди задержанных составляли рабочие, хотя полиция с особой тщательностью «охотилась» за студентами.

Репрессии, решительное включение в борьбу рабочих заметно повлияли на поведение студенческой массы. Выходцы из имущих классов (их в университете было большинство) трусливо покинули поле борьбы. Такие студенты, как отмечалось в одной из листовок Киевского комитета РСДРП, «к добру и злу постыдно равнодушны... готовы преклоняться перед всякой силой».

Не прошло и двух месяцев, как древний город на Днепре вновь был потрясен политическим, на этот раз чисто пролетарским выступлением. Тысячи киевских рабочих впервые, к тому же без участия местного комитета РСДРП, большинство членов которого было заражено оппортунизмом, открыто — стачками и демонстрациями отметили День международной пролетарской солидарности — Первое мая. Все чаще и чаще из уст киевских рабочих, как и пролетариев всей страны, вырывались грозные призывы: «Долой царское самодержавие!», «Да здравствует политическая свобода!».

По преимуществу же стачечная борьба рабочих Киева в этот период все еще носила экономический характер. Крупнейшей в 1901 г. была стачка нескольких сотен портных, закончившаяся частичным удовлетворением требований бастовавших.

Как и во всей России, в Киеве на дальнейшем развитии революционной борьбы масс отрицательно сказывался глубокий кризис в среде российских социал-демократов, наступивший после I съезда РСДРП. Он проявлялся прежде всего в идейном разброде социал-демократов, их организационной раздробленности, кустарничестве действий, «в отсталости руководителей («идеологов», революционеров, социал-демократов) от стихийного подъема масс».
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить