Поиск

Солидарность с освободительной борьбой других народов.

Наиболее яркой страницей интернациональных связей Киева второй половины XIX в. было проявление солидарности прогрессивной общественности города с национально-освободительной борьбой польского и балканских народов.

В 1861 г. в Киеве устанавливаются контакты между украинскими _ и польскими демократами для совместной борьбы против царизма. Об этом свидетельствовало, в частности, распространение весной 1861 г. среди войск, расположенных в Киеве, нелегальных воззваний, призывающих русских солдат не стрелять в поляков, борющихся за независимость своей страны, а также публикация в январе 1862 г. в тайной литографии, находившейся в Киево-Печерской лавре, подпольного листка «Великорусе» и первого номера польской нелегальной газеты «Одродзене» («Возрождение»), по сути призывавших к совместной борьбе за независимость польского народа.

Горячо сочувствовали польскому национально-освободительному движению прогрессивная часть студенчества и интеллигенции Киева. Активную работу в поддержку этого движения проводили в Киеве украинский революционный демократ офицер русской армии А. А. Красовский и студент В. С. Синегуб. В 1862—1863 гг., накануне польского восстания 1863 г., Синегуб выезжал из Киева в села Полтавской губернии для организации из местной крестьянской молодежи повстанческих групп в помощь польским повстанцам. В самом Киеве в ночь с 26 на 27 апреля 1863 г. несколько сот молодых людей, в основном студенты университета, пытались организовать вооруженное выступление в поддержку польского восстания, однако оно было подавлено правительственными войсками.

Национально-освободительное движение в Польше и восстание 1863 г. потерпели поражение. Однако солидарность с ним, проявленная передовой российской общественностью, имела важное значение. Она способствовала росту интернационалистских тенденций в дальнейшей освободительной борьбе народов.

С новой силой эти тенденции проявились в массовом движении солидарности общественности России, и в частности киевлян, с национально-освободительной борьбой южнославянских народов в середине 70-х годов и в контактах и связях с зарубежными революционерами российских революционеров-народников и социал-демократов.

Многолетняя борьба южнославянских народов за освобождение от османского ига в середине 70-х годов вылилась в ряд вооруженных восстаний, носивших не только национально-освободительный, но и антифеодальный характер. Вслед за восстанием 1875 г. в Герцеговине и Боснии в сентябре этого года произошло Старозагорское, а затем Апрельское (1876 г.) восстания болгарского народа. Летом 1876 г. началась освободительная война Черногории и Сербии против Турции, за которой последовала русско-турецкая война 1877—1878 гг. Во время всех этих событий в Киеве, как и во всей стране, развернулось и нарастало массовое движение солидарности с освободительной борьбой южнославянских и балканских народов.

Определенную роль в расширении этого движения играла многочисленная южнославянская молодежь, обучавшаяся в учебных заведениях Киева и других городов России. Находясь в России, они знакомились с передовыми идеями российских революционных демократов, которые оказывали сильное влияние на формирование у них революционно-демократического мировоззрения.

Разумеется, не вся южнославянская молодежь, обучавшаяся в те годы в России, воспринимала революционные идеи, но многие становились активными приверженцами революционных демократов, пропагандистами революционных методов борьбы и возвращались на родину с горячим желанием посвятить свою жизнь делу национального освобождения и культурного просвещения своего народа. Еще в России немало воспитанников учебных заведений из числа южных славян включалось в различные формы революционной деятельности — начиная от протестов против ненормальных условий учебы и жизни до участия в революционных кружках и выступлениях. Так, в марте 1863 г. группа южнославянских семинаристов в Киеве — болгары Н. Ковачев, Е. Манолов, И. Саввов, Д. Паунов, В. Торбанов, черногорец И. Данилович, серб И. Микич и др. выразили коллективный протест против тяжелых условий жизни, заявив, что если им не улучшат питание и не увеличат содержание, они вынуждены будут оставить учебу. Трое из них за этот протест были уволены, а пятеро других в знак солидарности сами оставили учебу. Участниками революционного Харьковско-Киевского тайного общества были студенты сербы П. Карич-Евшич. П. Сретковский и болгарин А. Беляев. Возвратившись на родину, они использовали приобретенный в России революционный опыт. Пребывание южнославянской молодежи на учебе в России способствовало также более широкому взаимному знакомству с положением в России и в зарубежных странах.

Учившийся в Киеве болгарин Т. Икономов писал в декабре 1860 г. видному деятелю болгарского освободительного движения Г. Раковскому о тяжелом положении русского народа, у которого правительство «совсем антинародно». Его соотечественник студент X. Стоянов сообщал 19 октября 1861 г. тому же Г. Раковскому: «Лавина, которая поглотит здешних тиранов, готова воспламениться и лишь ждет своего часа».

Знакомя киевскую общественность с тяжелым положением своих народов, томящихся под османским игом, южнославянская молодежь возбуждала у нее горячее стремление оказать помощь своим кровным братьям в их освободительной борьбе. Уже первые сведения о восстаниях в Боснии и Герцеговине в 1875 г. вызвали в Киеве широкую волну массового движения солидарности, в последующие годы все более возраставшего. Как писал активный участник революционного движения 70-х годов на Украине В. Ф. Костюрин, первые добровольцы на Балканы отправились из Киева. Среди них были народники В. Лепешинский, О. Габель, И. Ходько и др. (всего 7 человек), которые хотели «сражаться с турками, стремясь приобрести навыки в партизанской войне», с тем чтобы использовать их затем в России. Они сражались в отряде Пеко Павловича. Участвовавшие в этом отряде близкие к революционерам-народникам В. Яновский и Ф. Василевский (псевдоним — Софрон Круть), находившиеся в отряде, принадлежали, по словам И. Франко, «к той немалочисленной группе украинцев, которые в середине 70-х годов прошлого века под гул герцеговинского восстания, а затем сербо-турецкой войны сорвались бежать на помощь братьям славянам и в 1878 г. возвращались с той войны, обогащенные опытом, наблюдениями и разочарованиями». В своих воспоминаниях В. Яновский и Ф. Василевский рассказывали о том, с какой радостью и сердечностью встречали их, российских добровольцев, простые труженики Герцеговины и Черногории и как много сходства увидели они в жизни, обычаях и быте южных славян и украинцев.

По мере развертывания дальнейших событий на Балканах, в частности с началом Апрельского 1876 г. восстания и сербо-турецкой войны, из Киева, как и из других городов, туда отправлялись новые группы добровольцев, а среди киевлян ширилось массовое движение по оказанию помощи южнославянским народам в их национально-освободительной борьбе. В 1876 г. в Киеве одним из первых возник волонтерский комитет из представителей прогрессивной общественности, который занимался сбором средств и отправкой добровольцев на Балканы.

Активное участие в работе комитета принимали выдающийся украинский композитор Н. В. Лысенко, прогрессивный писатель-драматург М. П. Старицкий и др. Передавая атмосферу всеобщего порыва солидарности с южными славянами, охватившего в те дни общественность Киева, в одном из писем супругам Драгомановым Н. В. Лысенко в августе 1876 г. писал: «Если бы вы знали, милые мои, какое движение поднимается теперь в Киеве среди общественности apropos славянской войны, славянского] вопроса?... уже три или четыре отряда отправили, в каждом человек по 25—30, потому что большими опасно отправлять: задерживают, арестовывают, хотя бы и в Венгрии. Во время отъезда я специально пошел на вокзал, когда их отправляли. Такого возбуждения и таких дружных возгласов и приветствий у нас еще не знали... Я думал, что вокзал рухнет от единодушных возгласов: Ура! Живио!».

Только в течение первого месяца в комитет обратилось около тысячи человек с просьбой зачислить их добровольцами. Летом и осенью 1876 г. из Киева выехало 11 групп добровольцев. С первой группой добровольцев в Сербию на собственные средства отправился известный украинский поэт и этнограф И. И. Манжура, брат композитора Н. В. Лысенко — Андрей Лысенко и др.

Храбрость и самоотверженность русских воинов-добровольцев и медицинских работников, большинство которых составляли выходцы из трудового народа, еще прочнее скрепили чувства братства и дружбы между балканскими славянами и народами России. Массовым проявлением этих чувств стал сбор средств для оказания материальной помощи братьям-славянам. Большую часть их собирали крестьяне, рабочие и городская беднота. В селах Киевской губернии только до ноября 1876 г. было собрано 5944 руб., много полотна, белья и других вещей. Активное участие в сборе средств для южных славян принимали рабочие киевского «Арсенала», рабочие и служащие Киево-Брестской железной дороги и других предприятий и учреждений.

Служащие многих учебных заведений и правительственных и частных учреждений, сочувствуя угнетенным славянам, отчисляли в фонд помощи им часть своего заработка. Так, служащие киевского реального училища 21 августа 1876 г. постановили еженедельно отчислять по 1 % своего заработка в пользу братьев-славян до окончания начатой ими борьбы. Такое же желание изъявили преподаватели киево-подольской женской гимназии, служащие общества «Пароходство по Днепру» и др.

Только 16 августа 1876 г. жители Подольского, Плоского и Дворцового участков г. Киева собрали в фонд помощи южным славянам свыше 630 руб. и других материальных ценностей. Газета «Киевлянин» от 20 января 1877 г. сообщала, что только за год — с декабря 1875 г. по декабрь 1876 г.— Киевский славянский благотворительный комитет собрал различных пожертвований в помощь балканским славянам на общую сумму свыше 34 993 руб. Характеризуя размах движения солидарности на Киевщине, начальник Киевского губернского жандармского управления доносил по начальству, что народное движение солидарности со славянскими народами в губернии происходит «в размерах и формах еще не бывалых и в истории нашей не упоминаемых».

Многие преподаватели, ученые, деятели культуры и искусства выступали с лекциями, концертами и другими представлениями, доход от которых шел в фонд помощи южным славянам. В числе выступавших были композитор Н. В. Лысенко, знаменитая актриса М. К. Заньковецкая и др. М. П. Старицкий перевел на украинский язык и в 1876 г. с помощью И. Я. Франко издал сборник «Сербские народные думы и песни», на титульной странице которого значилось: «Чистая выручка в пользу братьев-славян». В своих стихах «На прю», «К броне», «Смерть славянина», «К Дунаю», «Славянская судьба» н других он воспевал мужество, героизм, свободолюбие и дружбу славянских народов.

На собранные средства из Киева, Харькова, Одессы и других городов на Балканы снаряжались санитарные отряды и полевые лазареты. Среди врачей-добровольцев были известные хирурги — доценты Киевского университета С. П. Коломнин, А. X. Риннек и др., благородную деятельность которых высоко оценили в Сербии и Черногории.

Сочувствием к судьбе южных славян в той или иной степени были охвачены все слои населения Российской империи, и в частности Украины. Однако в оказании им помощи, в конкретных формах выражения солидарности сказывались классовые, политические цели и стремления различных социальных слоев российского общества. Наиболее массовой, могучей, а вместе с тем наиболее искренней и бескорыстной социальной силой в движении солидарности с южными славянами выступал трудовой народ — рабочие, ремесленники, крестьяне и беднейшие слои служащих.

В русско-турецкой войне, в боях за освобождение болгарского и других балканских народов участвовало немало киевлян. Героями знаменитой Шипкинской эпопеи стали Н. Садовский (Тобилевич) — впоследствии выдающийся деятель украинского театра,— за мужество и отвагу награжденный георгиевским крестом, младший брат Панаса Мирного — Юрий (Георгий) Радченко, погибший в боях на Шипке, и другие славные сыны Украины.

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Календарь

<Июль 2011>
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
4678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031